Афанк: чудовище, которое тянет мир на дно
Валлийские рыбаки знали: если у берегов озера кружатся мёртвые рыбы и скот отказывается пить из ручья — где-то рядом лежит афанк. Не плывёт, не охотится. Именно лежит — и само присутствие этого существа отравляет воду.
Афанк (валл. afanc, иногда addanc) занимает в кельтском бестиарии нишу, которую в других традициях отдают морским змеям или речным демонам. Пожалуй, самое любопытное в нём — неопределённость облика. Средневековые валлийские тексты никак не могут договориться: одни описывают нечто вроде гигантского бобра, другие — крокодила с чертами карпа, третьи — просто тёмную массу с когтями, слишком большими, чтобы их зарисовать. Это не небрежность переписчиков. Афанк сам по себе — существо без окончательной формы.
Афанк в озёрной воде: первые упоминания
Древнейшие письменные свидетельства об афанке восходят к валлийским рукописям XII–XIV веков. В «Триадах острова Британии» (Trioedd Ynys Prydein, записанных около 1200 года) он появляется в контексте легенды о потопе: именно афанк, разбушевавшись в озере Ллион, вызвал наводнение, уничтожившее первых людей Острова. Выжила лишь пара, спасшаяся в лодке из стекла — детальный образ, который фольклорист Мириам Деленд (XX век) сопоставляла с месопотамскими мотивами, хотя параллель, впрочем, скорее типологическая, чем историческая.
Чаще афанк привязан к конкретным озёрам Уэльса. Llyn Barfog («Бородатое озеро»), Llyn yr Afanc близ Бетуис-и-Коэд — эти топонимы сохранили след существа в самих названиях. Согласно позднесредневековым преданиям, король Артур лично участвовал в охоте: он вытащил афанка из Llyn Barfog на цепях, запряжённых в своего коня Llamrei. Камень с отметиной от подковы — «след Llamrei» — ещё в XIX веке показывали туристам.
Природа и повадки афанка
Афанк не нападает открыто. Он затягивает. Рыбаки, наклонившиеся над бортом, внезапно оказывались под водой — и никто не видел, что именно их схватило. Исследователь кельтского фольклора Патрик Форд («Мабиногион и другие средневековые валлийские сказания», 1977) обращал внимание: поведение афанка описывается через отсутствие следов, а не через прямое действие. Тело не возвращается. Лодка цела. Просто человека больше нет.
Кстати, в некоторых преданиях афанк обнаруживает нечто почти трогательное: он поддаётся на песню девушки, засыпает, положив голову к ней на колени, и только тогда его можно сковать цепями. Эта сцена — усыпление чудовища через невинность — повторяется в нескольких вариантах легенды о переселении афанка из Llyn yr Afanc в более отдалённое Llyn Cwm Ffynnon. Помните деталь о сковывании цепями? Та же логика, что и в охоте Артура: силой афанка не взять, только обманом.
Родственники из других вод: кросс-культурные параллели с афанком
Существа, которые тянут живое на дно, — универсальный архетип. Шотландский each-uisge («водяной конь») заманивал всадника в озеро и пожирал там, оставляя лишь печень. Ирландский dobhar-chú — «водяная собака», упомянутая в ирландских анналах XVII века, — убивал прикосновением. Оба, как и афанк, существуют на границе видимого и невидимого мира.
За пределами кельтского ареала ближайшим аналогом выглядит скандинавский Никсен (нидерл. nikker, нем. Nix): речной дух, принимающий облик красивого юноши или белого коня, чтобы увлечь жертву под воду. Якоб Гримм в «Немецкой мифологии» (1835) связывал Никсена с древнегерманским культом водных духов. Разница в том, что Никсен активно соблазняет, тогда как афанк просто существует рядом — само его присутствие губительно.
Японский каппа (河童), зафиксированный в «Кодзики» (712 год) и позднейших текстах, утаскивает людей на дно, вытягивая из них «силу духа» через специфическое отверстие. Любопытно, что каппу, как и афанка, можно нейтрализовать через особый ритуал — в японском случае это взаимный поклон, заставляющий его пролить воду из блюдца на голове.
Ещё одна параллель — тасманийский bunyip, описанный первыми европейскими поселенцами в конце XVIII века как нечто огромное, живущее в болотах и предвещающее смерть одним рёвом. Этнолог Роберт Брэмби в 1850-х годах собрал десятки описаний буньипа, расходящихся в деталях ровно так же, как расходятся описания афанка.
Афанк в современной культуре
Современная культура вернула афанка в оборот — иногда бережно, чаще экзотически. В сериале «Мерлин» (BBC, 2008–2012) афанк появляется как магически созданное чудовище — довольно далеко от валлийских источников, но само включение в артуровский контекст логично. Видеоигра The Witcher 2: Assassins of Kings (CD Projekt Red, 2011) вводит «аванка» как одного из боссов, чья механика боя — утаскивание под воду — точно передаёт фольклорную логику существа, даже если название слегка переиначено. Роман Лоуренса Норфолка «Лемприер» (1991) использует образы кельтских водных демонов как фон для своей готической эрудиции.
Валлийская литература XX века обращалась с афанком деликатнее. Поэт Т. Хьюз упоминал бассейны и тёмных существ в них как устойчивую метафору бессознательного — что неудивительно для традиции, где озёра всегда были порталами в иной мир, а не просто водоёмами.
Афанк как зеркало страха
Что в итоге? Афанк — это страх, которому дали имя и прописали адрес. Конкретное озеро, конкретный топоним, конкретная цепь на конкретном камне. Такая привязка к месту делала ужас управляемым: его можно обойти, его можно — хотя бы в легенде — сковать и переселить подальше. Валлийцы, пожалуй, понимали кое-что важное: чудовище, у которого есть имя и озеро, куда менее опасно, чем то, которое безымянно и повсюду.
Источники
- Bromwich, Rachel. Trioedd Ynys Prydein: The Welsh Triads. University of Wales Press, 1961 (переработанное издание 2006).
- Ford, Patrick K. The Mabinogi and Other Medieval Welsh Tales. University of California Press, 1977.
- Graves, Robert. The White Goddess. Faber & Faber, 1948.
- Grimm, Jacob. Deutsche Mythologie. Göttingen, 1835.
- Leeming, David Adams. The Oxford Companion to World Mythology. Oxford University Press, 2005.
- Sikes, Wirt. British Goblins: Welsh Folk-lore, Fairy Mythology, Legends and Traditions. Sampson Low, 1880.
