Как фавн мифологии Рима стал лицом дикой природы
Пастух, который укладывается спать у ручья и вдруг слышит чужое дыхание за кустами, — этот образ пережил тысячелетия. Фавн мог стоять в двух шагах, невидимый, и смотреть. Именно это — не клыки, не сила, а неотступное присутствие дикого — делало его по-настоящему жутким.
Согласно «Энеиде» Вергилия (I век до н.э.), фавн — сын Пика и внук самого Сатурна, то есть древнее царское существо, старше Юпитера по крови. Эта деталь многое объясняет: фавнов никогда не изображали слугами олимпийцев. Они — пережиток другой эпохи, той, когда Апеннинский полуостров ещё не знал городских стен.
Внешне фавн держит равновесие между человеком и животным. Сверху — мужская фигура с курчавыми волосами, заострёнными ушами, маленькими рогами, проглядывающими сквозь кудри. Снизу — козьи ноги с раздвоенными копытами. Хвост короткий, почти смешной. Кожа смуглая, покрытая редкой шерстью на бёдрах. Голос — не слова, а звук: флейта, треск ветки, животный крик в полночь, который римские авторы называли словом pavor (панический страх).
Кстати, этимология здесь хитрая. Имя «Фавн» возводят к латинскому favere («быть благосклонным») или к fari («говорить»): фавны давали оракулы через сны. Марк Теренций Варрон (I век до н.э.) в трактате «О латинском языке» упоминает, что пастухи специально ночевали в лесах, чтобы услышать наставление фавна — но только если умели отличить пророчество от кошмара.
Похожие статьи
Фавн между богом и духом: двойственная природа существа
Здесь стоит сделать паузу. Римская религия проводила важную черту: Фавн-бог (единственное число) и фавны-духи (множественное) — не одно и то же. Бог Фавн принимал жертвоприношения на Луперкалиях — празднике, который отмечали 15 февраля. В этот день жрецы-луперки забивали козлов у священной пещеры Луперкаль на Палатинском холме, после чего обнажёнными бегали по улицам и хлестали горожан ремнями из козьей кожи. Женщины подставляли руки — считалось, что удар обеспечивает плодородие.
Фавны-духи — множественное и безымянное начало — населяли леса, пастбища, горные тропы. Они насылали на людей fauni ficarii («фавновы видения»): ночные кошмары с эротическим или пророческим содержанием. Луций Апулей (II век н.э.) в «Апологии» упоминает их среди существ, занимающих промежуточное место между богами и людьми — нечто вроде демонов в античном понимании слова, без христианской коннотации зла.
Впрочем, фавн в мифологии нёс и другое: он охранял стада от волков, указывал пастухам целебные травы, иногда влюблялся в смертных женщин. Овидий в «Фастах» рассказывает, как Фавн попытался овладеть Омфалой, царицей Лидии, ночью перепутав постели: Геракл и Омфала поменялись одеждами, и бог наткнулся на мускулистого героя вместо женщины. Эта история — пожалуй, единственный случай, когда фавн выглядит откровенно комично.
Родня по всему свету: как фавна мифологии узнают под другими именами
Существо с козьими ногами и нечеловеческим взглядом появляется в самых разных культурах, и параллели здесь не случайны — они указывают на общий архетип пастушьего страха.
Греческий Пан — ближайший родственник. Пан родился в Аркадии, и его культ слился с римским культом Фавна до почти полного неразличия: собственно, луперки изначально были жрецами Пана. Исследователь Вальтер Буркерт («Греческая религия», 1977) считал этот культ одним из древнейших в средиземноморском регионе. Пан, в отличие от фавна, сохранил чёткий индивидуальный облик и имя, тогда как фавны растворились в безликом множестве.
Индийский Пашупати («владыка зверей») появляется на печатях цивилизации долины Инда (III тысячелетие до н.э.) в позе, которую исследователи сравнивают с позой рогатого существа. Функционально он близок Фавну: покровитель диких животных, медиатор между природой и человеком.
Славянский Леший — лесной дух, который водит путников кругами и меняет голос, подражая знакомым людям. Александр Афанасьев («Поэтические воззрения славян на природу», 1865–1869) фиксирует у него козьи черты в ряде региональных вариантов, хотя основной облик лешего нестабилен.
Японский Тэнгу — горный дух с птичьими чертами, но та же логика: обитатель природных границ, опасный и мудрый одновременно. Помните деталь о том, что фавн давал пророчества через сны? Тэнгу тоже обучает избранных людей — воинов и монахов — в ночных снах.
Фавн живёт дальше: кино, литература, игры
Образ фавна оказался неожиданно живучим. Причём каждое поколение брало из него разное.
К.С. Льюис в «Льве, Колдунье и платяном шкафу» (1950) сделал фавна Тумнуса — мистера Тумнуса — первым существом, с которым сталкивается Люси в Нарнии. Льюис намеренно взял античный образ и вложил в него тепло и нерешительность: фавн у него добр, но труслив, что создаёт интересное противоречие.
Гильермо дель Торо в фильме «Лабиринт Фавна» (2006) вернул существу его первоначальную двусмысленность. Фавн (Pan's Labyrinth) здесь — ни добрый, ни злой: он требует от ребёнка жертв и лжёт, преследуя собственные цели. Дель Торо прямо говорил в интервью, что хотел показать фавна как архаическую силу, безразличную к человеческой морали.
В видеоигре Dragon Age: Origins (2009) фавноподобные существа появляются в лесах Брессилиан, окружённые атмосферой именно того первобытного страха — pavor — о котором писали римляне. Кроме того, роман Патрика Ротфусса «Имя ветра» (2007) населяет свои леса духами с узнаваемой фавновой логикой: они правят природными границами и требуют уважения.
Фавн как зеркало тревоги
Фавн — это точная карта человеческого беспокойства перед тем, что живёт за границей поля. Рим умел строить дороги и законы, но за последним камнем мостовой начинался лес, и там правил кто-то другой. Фавн мифологии не был монстром в привычном смысле: он не охотился за людьми целенаправленно. Он просто существовал по другим правилам. Именно поэтому его образ не устарел — пока есть пространства, которые человек не контролирует, фавн найдёт, где встать в тени.
Источники, которые стоит прочитать
- Варрон М.Т. «О латинском языке» (I век до н.э.)
- Овидий. «Фасты» (I век н.э.)
- Вергилий. «Энеида» (I век до н.э.)
- Апулей Л. «Апология» (II век н.э.)
- Буркерт В. «Греческая религия» (1977; рус. пер. 2004)
- Афанасьев А.Н. «Поэтические воззрения славян на природу» (1865–1869)
- Элиаде М. «История религиозных идей», т. 1 (1978; рус. пер. 2002)
- Грейвс Р. «Мифы Древней Греции» (1955; рус. пер. 1992)