Морриган: Ворона над Полем Мёртвых
Морриган не убивает сама — она лишь решает, кто умрёт. Именно в этом заключается её власть, куда более жуткая, чем любой клинок.
Ирландская мифология знает её как триединую богиню — воительницу, пророчицу и воплощение судьбы одновременно. Согласно «Лебору Габала Эренн» («Книге захватов Ирландии», XI век), Морриган входит в пантеон племён Богини Дану — сверхъестественного народа, населявшего Ирландию до прихода людей. Она не стоит на поле боя с мечом. Она кружит над ним чёрной вороной, наблюдая, как исполняется её воля.
Пожалуй, самая пугающая деталь — это не её гнев, а её любовь. В «Похищении быка из Куальнге» (записано около 1100 года, сохранилось в «Книге Бурой Коровы») Морриган предлагает герою Кухулину себя и свои дары. Он отвергает её — и она клянётся навредить ему в решающей битве. Не из злобы. Из уязвлённой страсти, которая у богини войны неотличима от смертного приговора.
Похожие статьи
Три лица Морриган: кто скрывается под именем
Имя «Морриган» чаще всего переводят как «Великая Королева» или «Королева-Призрак» — в зависимости от того, какой корень брать за основу. Кстати, средневековые ирландские рукописи не дают единого написания: встречаются и Mórrígan, и Morríghan, что само по себе говорит об устной природе мифа.
В одних текстах Морриган — самостоятельное существо, в других — коллективное имя триады. Три её ипостаси: Бадб (ворона-паника, сеющая ужас на поле боя), Немайн (воплощение боевого безумия) и Маха (связанная с землёй, конями и суверенитетом). Исследователь Пруанса Ролестон в «Мифологии кельтов» (1911) настаивал, что разграничивать их бессмысленно — ирландские барды сами путали ипостаси намеренно, создавая образ принципиально неуловимый.
Облик Морриган столь же изменчив. Седая старуха, стирающая у брода окровавленные доспехи павших (этот образ встречается в «Книге Дуна Коровы», около 1100 года). Прекрасная рыжеволосая женщина на колеснице. Угрюмая ворона, каркающая над умирающим воином. Форма менялась, суть оставалась: встреча с ней означала близкую смерть — твою или чужую.
Кухулин и Морриган: история, которая всё решила
Помните деталь об отвергнутом предложении богини? Именно оно запустило цепь событий, определивших судьбу величайшего героя Ирландии.
После отказа Кухулина Морриган трижды нападает на него во время сражения — угрём, запутывающим ноги в броде, волчицей, обрушивающей на него скот, и тёлкой, поднимающей мутную воду. Всякий раз герой наносит ей рану. Всякий раз ненамеренно сам же её лечит, произнося слово благословения. Миф устроен тонко: сила Морриган и уязвимость Кухулина зеркальны друг другу.
Финал известен. Кухулин погибает, привязав себя к столбу, чтобы умереть стоя. Ворона садится на его плечо — и только тогда враги решаются подойти. Это Морриган подтверждает: всё кончено. Фигура, которую исследователь Анна Франклин в «Кельтской мифологии» (2002) называет «богиней-свидетелем», чьё появление само по себе скрепляет судьбу печатью.
Кровные родственницы Морриган у других народов
Мотив богини-вороны, повелевающей полем битвы, обнаруживается в мифологиях, далёких от Ирландии.
Скандинавские валькирии — ближайшие родственницы по функции. Они тоже кружат над сражением и выбирают павших для Вальхаллы. Однако валькирии — слуги Одина, инструмент чужой воли. Морриган — сама воля, не подчинённая никому.
Индийская Кали (первые упоминания — «Деви-махатмья», около VI века н.э.) пьёт кровь демонов, носит гирлянду из черепов и дарует освобождение через уничтожение. Параллель с Морриган очевидна, хотя контекст иной: Кали действует в рамках космического порядка, тогда как Морриган ближе к персонализированной судьбе.
Греческие Эринии — богини мести и возмездия — разделяют с Морриган мотив неотвратимости. Встреча с ними, как и с ирландской вороной, означала: что-то уже нарушено, расплата близко.
Японская Амэ-но-Удзумэ, впрочем, являет противоположный полюс: богиня, танцем возвращающая солнце, — тот же архетип женской силы, определяющей исход, только со знаком плюс.
Морриган в книгах, играх и кино
Образ Морриган оказался удивительно живучим — возможно, потому что триединая богиня не поддаётся упрощению.
В романе Нила Геймана «Американские боги» (2001) она появляется под именем Мрачная, одна из трёх ворон, — и Гейман точно воспроизводит её природу: не враг, не союзник, а сила, у которой своя бухгалтерия.
В серии игр Dragon Age («Dragon Age: Origins», BioWare, 2009) персонаж Морриган — ведьма с тёмными мотивами — позаимствовал имя и способность к оборотничеству, хотя ирландские корни здесь переосмыслены свободно.
Графический роман Гарта Энниса «Preacher» (DC/Vertigo, 1995–2000) использует образ чёрной птицы как вестника рока в нескольких ключевых сценах — прямая отсылка к кельтской традиции, пусть и без называния имени.
Наконец, в аниме «Fate/Grand Order» Морриган появляется как Servant класса Alter Ego — её изображают трёхликой, что редкая точность для массового медиапродукта.
Ворона, которая помнит всё
Морриган пережила христианизацию Ирландии, перекочевав в саги, где её природа слегка сглажена, но не стёрта. Она пережила романтизм, который сделал её роковой красавицей. Она переживёт и наше время — потому что вопрос, который она задаёт, не устарел: кто решает, чья смерть будет иметь смысл? Ворона над полем боя молчит. Но она уже выбрала.
Источники
- Ролестон, Т.У. «Мифология кельтов» (Myths and Legends of the Celtic Race, 1911)
- Франклин, А. «Кельтская мифология» (The Celtic Animal Oracle, 2002; The Gods' Key, 2002)
- Мак-Кана, П. «Кельтская мифология» (Celtic Mythology, 1970)
- Лебор Габала Эренн («Книга захватов Ирландии»), ред. Р.А.С. Макалистер, Ирландское текстологическое общество, 1938–1956
- «Книга Бурой Коровы» (Lebor na hUidre), около 1100 года, Ирландская королевская академия, Дублин
- Кэмпбелл, Дж. «Тысячеликий герой» (The Hero with a Thousand Faces, 1949)
- Элиаде, М. «Трактат по истории религий» (Traité d'histoire des religions, 1949)