Кэракэра-онна: хохочущая дама из чёрного квартала
Смех — не всегда признак радости. Кэракэра-онна смеётся без остановки, и этот смех способен свести с ума любого, кто окажется рядом слишком долго.
Само имя говорит о главном: «кэракэра» — японский звукоподражательный глагол для резкого, дребезжащего хохота. «Онна» — просто «женщина». Это ёкай кварталов развлечений, ночных фонарей и запаха дешёвой пудры. Впервые облик Кэракэра-онна зафиксировал Торияма Сэкиэн (1712–1788) в своей энциклопедии ёкай «Гадан хяяккияко» («Иллюстрированный ночной парад ста демонов», 1776 год). Сэкиэн изобразил её хохочущей великаншей — голова вздымается под самый потолок, кимоно распахнуто, ладонь поднесена ко рту в жеманном, но пугающем жесте. Художник знал, что делал: он создавал персонажей, отражавших городские страхи эпохи Эдо, а не пересказывал древние тексты.
Ростом Кэракэра-онна намного превосходит обычного человека — по некоторым описаниям, голова уходит к облакам, когда она смеётся в полный голос. Кожа бледная, волосы уложены в сложную причёску куртизанки, кимоно из дорогой ткани слегка задрано — небрежность, намекающая не на бедность, а на распущенность. Кстати, именно в этой детали читается двойная природа образа: внешне — дорогая красавица из «весёлого квартала» (ёсивара или подобных мест), внутренне — нечто тревожащее и бесконтрольное.
Кэракэра-онна как зеркало квартала развлечений
Эпоха Эдо (1603–1868) породила целую экономику ночи. Ёсивара — официальный «весёлый квартал» Эдо — работал по строгим правилам, внутри которых женщины оставались одновременно объектом желания и социальным изолятором: они обслуживали мужской мир, но сами находились вне привилегий этого мира. Кэракэра-онна, пожалуй, воплощает именно это противоречие. Её смех неуместен — слишком громкий, слишком долгий, слишком неуправляемый для женщины, чья профессия требовала тонкой игры. Она смеётся именно так, как «порядочным» не положено.
Исследователь ёкай Мэтт Альт в книге «Pure Invention» (2020) замечает, что многие городские ёкай эпохи Эдо рождались из социальной тревоги, а не из религиозного ужаса. Кэракэра-онна здесь — образцовый пример. Она не пожирает людей, не насылает болезни. Её оружие — хохот, от которого мужчина теряет самообладание, и размер тела, который делает её буквально неуправляемой. Помните деталь о росте? Великаншу не затолкнёшь в рамки приличия.
Кланяться такому ёкай или задабривать его ритуалами японская традиция не предписывает. Кэракэра-онна скорее предупреждение, чем объект культа: ночные кварталы таят опасность, и смех там может быть ловушкой.
Родственные хохотуньи и великанши других культур
Образ женщины, чей смех разрушителен или сверхъестественен, возникает независимо в нескольких традициях. Любопытное сходство — и никакого заимствования.
Ламия у греков изначально была прекрасной царицей, утратившей детей и превратившейся в чудовище, но в позднеантичных текстах (Флавий Филострат, «Жизнь Аполлония Тианского», около 220 года н.э.) она соблазняет юношей под видом женщины. Смех здесь тоже маска — за ним прячется опасное существо.
Пиштако из андской мифологии — иного рода великан, но образ «того, кто внешне принадлежит знакомому миру, а внутренне чужд» повторяется. Исследователь Мэри Уэйслак описывала пиштако как фигуру, порождённую страхом перед чужаком, — примерно та же логика, что у Кэракэра-онна как «чужой» среди людей квартала.
Банши ирландской традиции хохочет иначе — вопит, предвещая смерть. Её голос тоже нельзя вынести. Впрочем, банши скорбит, тогда как Кэракэра-онна именно веселится — разница принципиальная по эмоциональному заряду, но механизм воздействия через звук один и тот же.
Наконец, Сирена из «Одиссеи» (VIII–VII века до н.э.) соблазняет не смехом, а пением — но результат тот же: мужчина теряет власть над собой, оказавшись в пространстве, которое казалось привычным.
Кэракэра-онна в современных медиа
Ёкай эпохи Эдо нашли дорогу в японскую поп-культуру — и Кэракэра-онна не исключение, хотя и не самый тиражируемый персонаж.
В ролевой игре Shin Megami Tensei (серия началась в 1987 году, Atlus) ёкай из классических японских источников регулярно появляются как вызываемые существа или противники. Кэракэра-онна упомянута в нескольких энциклопедических справочниках по монстрам серии как представитель класса «слабых городских ёкай».
Манга Сигэру Мидзуки «GeGeGe no Kitaro» (1960-е годы) систематизировала образы ёкай для массового читателя. Хотя Кэракэра-онна появляется там эпизодически, именно через работы Мидзуки широкая аудитория познакомилась со многими персонажами из «Гадан хяяккияко» Сэкиэна — включая хохочущую великаншу.
Видеоигра Nioh 2 (Team Ninja, 2020) насыщена ёкай из классических японских источников. Образ Кэракэра-онна использован при проектировании нескольких женских противников с гипертрофированными чертами и звуковыми атаками. Разработчики студии Team Ninja открыто ссылались на иллюстрации Торияма Сэкиэна как на источник визуального языка.
В жанре хоррор-аниме — в частности, в антологических сериях вроде «Yami Shibai» («Театр тьмы», 2013) — хохочущие женщины-ёкай появляются как архетипический образ. Кэракэра-онна здесь работает скорее как узнаваемая матрица, чем как прямо названный персонаж.
Кэракэра-онна не пугает клыками или когтями. Она пугает неуместностью — смехом в неподходящий момент, телом, которое не помещается в рамки, голосом, который не замолкает по просьбе. Честно говоря, в этом и состоит её сила как мифологического образа: самое жуткое — не монстр снаружи, а тот смех, который ты слышишь уже в голове, когда фонари квартала давно погасли.
Похожие статьи
Источники
- Торияма Сэкиэн. «Гадан хяяккияко» («Иллюстрированный ночной парад ста демонов»). 1776.
- Foster, Michael Dylan. The Book of Yokai: Mysterious Creatures of Japanese Folklore. University of California Press, 2015.
- Alt, Matt. Pure Invention: How Japan Made the Modern World. Crown, 2020.
- Мидзуки Сигэру. Энциклопедия ёкай. Кёданся, 1994 (японский оригинал).
- Элиаде, Мирча. Аспекты мифа. М.: Академический Проект, 2000.
- Leeming, David. A Dictionary of Asian Mythology. Oxford University Press, 2001.